Главная > Творчество в БК > Когда заходит солнце


Когда заходит солнце

18.06.2010  Тема: Творчество в БК

Закат

… во всем мире количество людей, страдающих синдромом хронической усталости, неуклонно увеличивается. В США оно достигло 1,5 млн. человек, т.е. 0,6% населения. Предполагается, что в будущем число заболевших составит не менее 1,5% жителей планеты. Причины возникновения синдрома хронической усталости неизвестны…
Из сообщений СМИ.

Тополиный пух огромными белыми хлопьями носился в воздухе. Он оседал на волосах, одежде, пытался повиснуть на ресницах и собирался на мостовой в большие белые сугробы. Казалось, у невесомых пушинок нет иного предназначения, кроме как забиться поглубже в ноздри или залететь в неосторожно приоткрытый рот.

— Ужасное растение, – пробормотал Игорь, отмахиваясь от надоедливых семян.
Нещадно палило солнце. Его горячие лучи безжалостно плавили асфальт и раскаляли бетон, превращая город в огромный крематорий. Над Москвой стоял смог. В воздухе ощущался запах гари, привкус пепла чувствовался на губах.
Игорь ненавидел лето. Ненавидел дико. И оно платило ему взаимностью. Каждый год он с ужасом ожидал начала времени каникул и отпусков. Счастливое для большинства людей, для него оно превращалось в нескончаемую пытку. В периоды наивысшего солнечного буйства он становился вялым и заторможенным, впадая в спячку точно медведь. Мало какая сила могла вытащить его из нежной прохлады квартиры. Сегодня подобное случилось, и этот факт нисколько не улучшал и без того премерзкого настроения.
— Как мне все это надоело,… — устало подумал он. – Ну и на хрен оно мне надо? Как дурак поперся на другой конец Москвы… На фига? Ну, на фига спрашивается? – мысли текли вяло, но хоть как-то отвлекали от царящего на улицах ада.
— Она вообще кем себя возомнила? – совсем было исчезнувшее, раздражение вспыхнуло с новой силой – Думает, ей тапочки в зубах носить буду? Перебьется.… Нет уж, Катенька, катись-ка ты… Надоело! Две чертовых недели мозги пудришь. Только и слышу — я устала, да я устала. На компе усталость не мешает тебе сидеть до трех ночи, а как в кино пойти, так сразу «я устала». Ну и фиг с тобой. Как-нибудь переживу.
Появление обшарпанной и заклеенной объявлениями двери подъезда прервало грустный ход мыслей. Ключ долго не желал правильно входить в щель, а кодовый замок, будто издеваясь, сопровождал каждую неудачную попытку ехидным попискиванием.
-Ну давай же, а то я тут щас вообще сдохну – пробурчал Игорь. В следующую секунду запор поддался.
Лифт долго не приходил. А когда он, наконец, распахнул свои железные челюсти, Игорю пришлось пожалеть, что не пошел пешком. Загаженная, воняющая мочой и еще какой-то гадостью кабина и в нормальную погоду являла собой серьезное испытание, а в такую жару как сейчас и вовсе превращалась в форменную душегубку. Или в газовую камеру, если угодно.
— Это не дом. Это Освенцим какой-то, – пробормотал он, вваливаясь в квартиру.
— Ты, Игорек? Есть будешь? – мама как всегда что-то готовила на кухне.
— Нет – в угол полетела одна кроссовка, – я устал, ничего не хочу – вторая кроссовка отправилась следом за первой.
— Смотри, только не ложись! На закате нельзя спать! — вдогонку крикнула мать.
Игорь ее не услышал. А может быть и услышал, но не придал значения.
Много позже он пожалеет об этом.

* * *

Трамвай медленно катил вперед. Его древний, насквозь проржавевший корпус жалобно поскрипывал, и казалось, что еще секунда-другая и вся эта махина развалится, погребая под обломками под завязку набившихся пассажиров.
Дышать было практически нечем. Тошнотворная смесь запахов пота, дезодорантов и немытых тел висела в воздухе.
— Мать твою! Угораздило же оказаться в час-пик, – процедил сквозь зубы, стиснутый со всех сторон Игорь.
Что-то было не так.
Почему-то его очень нервировал этот трамвай, эти люди. Глаза не фиксировали ничего необычного, но все чувства буквально кричали об опасности. Тревожный звонок в мозгу не умолкал ни на секунду.
Игорь поежился. По спине пробежали мурашки. Нечто неправильное было во всем окружающем. Он не мог ясно сформулировать свои ощущения или локализовать источник, но это было так.
Игорь пристально огляделся. Ничего особенного. Обычная компания. Мужчина лет сорока с красной пропитой физиономией, несколько пожилых женщин с большими сумками, девушка с удивительно некрасивым лицом.
— Это просто нервы, всего лишь нервы… — пришла в голову где-то давно услышанная фраза.
Какое-то движение слева привлекло его внимание. Женщина. Не слишком старая. Смуглая. Сгорбленная. С покрытым язвами лицом. В пестрой цыганской юбке. Она приближалась легко и свободно, будто плывя сквозь толпу.
Почему-то Игорь никак не мог отвести от нее глаз. Чем больше он смотрел, тем сильнее в душе разрастался страх. Совершенно немотивированный, но от этого еще более сильный. Их взгляды встретились, но ее глаза цвета мазута остались непроницаемыми. Игоря пробил холодный пот. А толпа будто стала еще плотнее. Он с трудом мог пошевелить хотя бы одним мускулом.
Цыганка была уже рядом.
Игорь не мог понять, как она очутилась так близко. Больше никто, казалось, новую соседку не замечал.
Ее длинная костлявая рука потянулась к нему.
— Ты чо творишь сука? – попытался остановить ее Игорь, но вместо яростной отповеди изо рта вырвалось лишь невнятное шипение.
Грязная рука цыганки была уже под курткой и начала рыскать в поисках внутреннего кармана.
Тварь! – пронеслось в голове. Игорь заскрежетал зубами от ярости и омерзения. Толпа мешала врезать этой распоясавшейся скотине. Он попробовал высвободить хотя бы руку. Но не смог. Ее будто удерживали цепями. Игорь попытался отодвинуться, но спина натолкнулась на чей-то живот как на стену.
— Хватит вертеться – донеслось откуда-то сзади.
— Вы все совсем охренели? Не видите, что делается? — закричал Игорь.
— Заткнись. И без тебя голова болит, – сказал мужик с пропитым лицом.
— Вы не понимаете…
— Прекрати скандалить, – отрубил мужик, для верности показав большой волосатый кулак.
Игорь почувствовал пальцы цыганки во внутреннем кармане. Они вцепились в бумажник и потянули его вверх. Глаза ее при этом равнодушно пялились прямо в лицо юноши.
Он был бессилен. Никто, как будто, не замечал ни саму цыганку, ни того, что она творит. Тела стискивали его так, что было невозможно свободно вздохнуть.
Все происходившее походило на кошмар.
— Это какой-то бред,… — бормотал Игорь.
Такого не могло быть.
Но ведь было…
Он не почувствовал момента, когда основная масса народа вдруг пропала из трамвая. Стена за спиной исчезла, и ему с трудом удалось сохранить равновесие. Там, где еще секунду назад стояла воровка, он встретил лишь пустоту.
-Чертовщина какая-то, – сказал Игорь и направился к скамейке.
В окнах проносились обшарпанные частные домики. Кое-где полуразвалившиеся, с покосившимися заборами. Но иногда попадались настоящие особняки из красного кирпича с высокими каменными оградами.
Места казались совершенно незнакомыми.
— Где я? – подумал Игорь — Сел не на тот трамвай? Что-то слишком много странностей сегодня. Эта цыганка… Чуть не трахнула меня посреди вагона. И никто не обратил внимания… Слава тебе господи, бумажник уцелел… Совсем охренели эти чернозадые. Мочить их надо, к едреной фене.
— Простите, а когда будет улица Панфилова? – спросил он у проходившей мимо кондукторши.
Женщина удивленно пожала плечами.
— Я вообще такой не знаю, – сказала она.
— Это двадцать третий?
— Двадцать третий.
— И вы не знаете улицы Панфилова?
— Молодой человек! Вы глухой? Я же сказала, не знаю! – билетерша раздраженно передернула плечами и пошла дальше.
— Фигня какая-то, – пробормотал Игорь.
Он выскочил на следующей остановке. Вокруг, насколько хватало глаз, тянулись такие же домики, что он видел из окон.
— Ладно. Вернусь назад, – подумал Игорь и осмотрелся в поисках обратной станции.
Ее не было.
— Что за бред, мать его, сегодня творится? Где эта чертова станция? — все накопившееся раздражение выплеснулось в потоке ругани.
Игорь тряхнул головой. Как и следовало ожидать – ничего не изменилось.
— Эй, уважаемый – окликнул он проходящего мимо мужичонку. Выглядел тот прескверно. Шапка – ушанка. Рваная телогрейка, с лезущими отовсюду кусками ваты. Потрепанная, грязная еще советских времен сумка, из которой выглядывали горлышки пустых бутылок.
— Чиво тебе?
— Где тут у вас остановка?
— Да ты жо на нею стоишь уж, так ведь эта, вроде – промычал мужичек.
— Я не про эту, я про ту, которая в другую сторону – сказал Игорь.
— Так ведь эта, нетуть такой тута, тудыть никто не ездить.
— Как так?
— А вона так – ответил мужичек.
Игорь смотрел ему вслед и ожесточенно ерошил волосы. Он всегда так делал, когда нервничал.
— Бред какой-то, – уже в который раз за сегодняшний день подумал он.
Холодный пронизывающий ветер печально завывал, пробиваясь сквозь разбитые стекла остановки. Он забирался под куртку, теребил волосы, заставлял ежиться и кутаться в одежду.
Улица была пустынна. Ни машин, ни людей, ни даже собак. Ничто не нарушало тишину. Только ветер.
Трамвая пришлось ждать долго. Только когда Игорь окончательно решил идти пешком, он неторопливо выкатил из-за поворота, громыхая и дребезжа.
— Наконец–то, – подумал Игорь, быстро запрыгивая внутрь, – Слава богу, а то бы пришлось тут ночевать.
— Билеты оплачивайте, – послышалось сзади.
Игорь обернулся и судорожно сглотнул. Как и в то мгновение, когда он впервые увидел цыганку, накатила волна страха. В его глаза требовательно смотрела та же самая кондукторша, которую он спрашивал про улицу Панфилова полчаса назад.
— Сейчас, – произнес он и, с трудом соображая, потянул руку к внутреннему карману.
Кошелька не было.
Контролерша смотрела на него требовательно и раздраженно: — Не будете платить – выходите! – наконец сказала она.
Неизвестно откуда появившийся туман застилал глаза и, как будто, окутывал тело. Игорь с трудом, как сквозь воду, пошел к двери.
— Что происходит? Что, черт возьми, происходит? Это какой-то кошмар – бормотал он.
На секунду из тумана проглянуло лицо какого-то старичка. Игорь поймал его взгляд. На него смотрели сочувствующие живые глаза.
Дверь открылась, и Игорь вышел. Он стоял на той же остановке, на которой сел.
— Так не бывает. Это просто кошмар. Всего лишь ночной кошмар. Сейчас я ущипну себя и проснусь – подумал Игорь и со всей силы ухватился за щеку.
Ничего не изменилось. Он по-прежнему стоял на трамвайной остановке на тихой улочке среди полуразвалившихся домов.
Что-то толкнуло его в спину. Словно какая-то сила тянула прочь от этой станции и улицы.
Он почти физически ощущал опасность. Чей-то нехороший взгляд ощупывал тело.
Чей-то хищный взгляд.
Больше Игорь выдержать не мог. Он побежал. Как не бегал никогда прежде.
— Прочь, прочь отсюда, – проносилось в мозгу.
Дико взвыл ветер. Так воет хищник, промахнувшийся в финальном прыжке. Тугие струи воздуха ударили в лицо. Ветер не хотел отпускать. Он гнал назад к станции, к хищному взгляду.
С деревьев срывало листья. Песок и пыль огромным облаком взвились над землей. Воздух стал вязким и тягучим. Игорь с трудом преодолевал сопротивление, но продолжал двигаться.
Ветер не пускал. Он требовал подчинения. Он не хотел, чтобы Игорь убегал.
Картина перед глазами начала расплываться. Ему показалось, что он слышит, как гремит сковородками мама и визжит сирена за окнами дома.
Ветер взвыл сильнее. Его порыв отбросил Игоря на несколько шагов и продолжил толкать назад. Посторонние звуки исчезли. Теперь он слышал только ветер.
Нет! Не хочу! – изо всех сил рванулся Игорь. Он не знал, почему кричит, почему не хочет подчиняться. Он лишь чувствовал, что если сдастся, то умрет. И потому боролся.
Из глаз покатились слезы. Это были слезы бессилия, отчаянья и страха.
Внезапно все исчезло. И улица, и ветер, и злой взгляд.
Он лежал на диване, уткнувшись в подушку мокрую от слез.
— Ну и сон — прошептал Игорь, утирая лицо.
Его колотила дрожь.

* * *

— Ну, как? – спросил Игорь, глядя на выходящую из аудитории Катю.
— Я отказалась от тройки, – она светилась так, будто только что получила красный диплом.
— Глупая, что ли? — он вспомнил, что его курсовая работа еще не принята преподавателем и потому нервничал.
— Нет. Приду в следующий раз. Буду отвечать только теорию.
Игорь удивленно поднял брови:
— Почему?
— Так договорились. Ну, я пойду – сказала Катя.
Игорь состроил кислую, и как ему казалось, жалостливую гримасу.
— Останься – попросил он.
Девушка сделала вид, что задумалась.
— Хорошо – наконец произнесла она и шлепнулась на скамейку рядом.
Несмотря на приятную компанию на душе Игоря было тоскливо. Экзамен он написал вроде бы неплохо, но количество студентов, получивших положительные оценки, отнюдь не внушало оптимизма. Слишком мало их было. Просто до безобразия.
Тем временем Катя беззаботно щебетала рядом.
— Я глупая. Сама виновата. Тетка попалась добрая. Если бы учила теорию, точно бы четыре получила.
— И чего тебя спросили?
— Определение гамма-функции. Ну не знаю я ее. Я вообще теорию не читала! – с каким-то внутренним возмущением затараторила она.
— Ну, ты даешь – пожал плечами Игорь, Катя, казалось, его не услышала.
— Забавно в конце получилось. Она мне говорит: «Ну, возьмите книгу и прочтите».
— Ну и?
— Ну, я нашла. А она говорит: «Видите, вы даже читаете его плохо. Придете в следующий раз».
В ответ Игорь лишь скорчил крайне удивленную и несколько пренебрежительную мину. Он нервничал, и поступок подруги его почему-то раздражал.
— Зря ты все-таки отказалась, – после некоторой паузы сказал он.
Катя хотела что-то ответить, но вдруг скривилась и ничего не сказала.
— Ты чего? Катя, что с тобой?
— Ничего. Просто я себя неважно чувствую. Устала и ужасно хочу спать!
— Тогда поезжай домой.
— Нет. Я дождусь тебя.
— Не надо. Если ты плохо себя чувствуешь, то не надо меня ждать. Поезжай.
— Я хочу тебя дождаться, и я дождусь! Все. Это не обсуждается! – отрубила Катя.
— Аксенов, тебя! – крик, раздавшийся из-за дверей экзаменаторской, прервал спор

* * *

Было не жарко. Легкий нежный ветерок трепал волосы и охлаждал получше десятка вентиляторов. Именно такую погоду любил Игорь.
— Погуляем? – спросил он.
— Нет, я поеду. Плохо себя чувствую, – сказала Катя.
Игорь начал закипать. Это была их традиция – проводить время после экзаменов вместе. И он никогда не позволял себе нарушать ее. Как бы себя не чувствовал.
— Если тебе так плохо, то почему не поехала домой сразу? – спор, начавшийся еще в институте, грозил возобновиться, и теперь не было никого, чтобы его остановить.
— Я хотела дождаться тебя! Тут есть что-то непонятное?
— Да! Есть! Я уже две недели от тебя слышу: “Я устала, я плохо себя чувствую, не сегодня Игорь”. Мне это надоело! И я воспринимаю это как отговорку! Если бы тебе было действительно плохо, ты бы поехала домой, не дожидаясь меня! – Разговор складывался не так. Он перерастал в обыкновенную склоку. Но Игорь не мог остановиться. Его несло.
— Короче, ты не хочешь со мной объясниться? – закончил он.
— Нет. Не хочу.
— Ну и черт с тобой! – Игорь развернулся на каблуках и быстро пошел прочь. Он чувствовал на себе взгляд девушки, но не обернулся. В душе клокотала злоба.

* * *

— Есть будешь? – спросила мать, когда Игорь пристроился на любимой табуретке.
— А что есть?
— Салат могу сделать. Могу пожарить мяса.
— Ну, давай салат, – сказал он.
Мать принялась за готовку. Ее ловкие руки быстро мыли овощи и уже через мгновение они оказывались в миске, разрезанные на совершенно одинаковые дольки.
— Представляешь – начал рассказывать Игорь – я вчера, когда днем спал, просто совершенно жуткий сон видел. Насилу проснулся. Правда. На самом деле, таких странных снов никогда раньше не было…
Мать обернулась и, слегка прищурив глаза, внимательно поглядела на него.
— Я же говорила тебе не спать на закате, – зашептала она.
В ее руке был зажат кухонный нож.
Последнее, что видел Игорь – стремительно приближающаяся стальная полоса.

* * *

Он долго лежал на кровати и смотрел в потолок. Холодный пот струйками стекал по телу. Игоря била дрожь. Воспоминание о разрывающем плоть железе было абсолютно реальным. Он все еще чувствовал холодную сталь у своего горла.
Игорь провел по шее рукой. Разумеется, на коже не было ни царапины.
— Это всего лишь сон. Просто очередной дурацкий кошмар, – произнес он. Голос походил на скрипение несмазанной двери.
Игорь глянул на часы. Стрелки показывали без четверти девять. Пора было вставать и одеваться. В запасе оставалось сорок пять минут.
Собираться он привык быстро. Не девчонка, в конце концов. Умылся, почистил обувь, закинул в рот пару бутербродов и готово. Можно отправляться хоть на край света.
Лифт пришел быстро. Оказавшегося в нем старика с добродушными живыми глазами Игорь не знал, но все равно счел нужным поприветствовать.
— Доброе утро – сказал он.
— И тебе доброго здоровьица, – ответил старик, – А утро…оно изменчиво. Кому доброе, а кому и лихое… Для некоторых с рассветом приходит, а иному и полдень- все ночь, – закончил он, хитро прищурив глаза.
Игорь недоуменно пожал плечами.
— Пьяный, наверное, – пришло в голову. В любом случае, вступать в диспут он не собирался.

* * *

Дела, ради которых он собственно и вставал в такую рань, были закончены на удивление быстро, и уже через несколько часов Игорь оказался совершенно свободен. Это было приятно. Появилась возможность успеть как раз к футбольному матчу.
Он долго копался в джинсовке, пытаясь достать ключ. Пакет с пивом оттягивал левую руку, а правая никак не могла нащупать лежащую в кармане железку. На секунду Игорю показалось, что он забыл его, но через мгновение маленький прямоугольник металла, наконец, попался в ладонь.
Он несколько раз пытался попасть в скважину, но промахивался.
— Твою мать, – ругнулся Игорь.
Наконец замку надоело играть в прятки, и он поддался. Игорь повернул ключ.
Ничего не произошло.
— Сломался, – пронеслось в мозгу.
Игорь повернул еще раз. Никакого эффекта.
Он нажал на ручку.
Дверь со скрипом отворилась.
— Так, так… Мать забыла закрыть дверь – подумал он. Мысль об ограблении мелькнула и тут же пропала. Родители не могли уйти давно.
Игорь зашел внутрь, поставил пакет на пол и аккуратно притворил дверь.
— Кто не спрятался, я не виноват – произнес он. Лезвие широкого ножа мрачно блестело в руке. Игорь прекрасно понимал, что всего лишь позерствует, но ничего не мог с собой поделать.
Он тщательно, метр за метром осмотрел квартиру. Как и ожидалось, ничего не пропало.
— Ну маманя и разгильдяйка, – подумалось ему.

* * *

Он вылавливал из кастрюли большие красные креветки и сваливал их на огромное блюдо в золотую полоску. Уже скоро на нем возвышалась целая гора ракообразных. Игорь сглотнул слюну и в предвкушении причмокнул губами. Он попробовал несколько на вкус. Чуть недоваренные, почти совсем не соленые – как раз такие как он любил.
— Сейчас усядусь перед телевизором, включу футбол и буду есть, сколько влезет, и запивать пивом, — Игорь прихватил зубами еще одну и потащил громадную тарелку в комнату.
Когда он проходил коридор, взгляд случайно упал на входную дверь. Что-то внутри оборвалось. Щеколда была сдвинута.
Игорь тупо уставился на замок. Он точно помнил, что закрывал его. Совершенно точно.
— Ладно, – пожал он плечами, – видимо я просто забыл. Он щелкнул запором, а затем, подчиняясь какому-то наитию, записал: “Дверь закрыта, 18:23”

* * *

Он проснулся посреди ночи и долго лежал с открытыми глазами. Уснуть не получалось. Что-то мешало. В глубине сердца бился какой-то детский страх. Игорь не мог заставить себя сомкнуть веки.
Он поднялся и вышел в коридор. Взгляд сам собой упал на замок.
Он был открыт.
Игорь судорожно сглотнул.
— Этого не может быть, – прошептал он и потянулся к записке.
В этот момент, дверь, ведущая в комнату родителей начала медленно отворяться.
Будто в дешевых фильмах ужасов.
И тогда Игорь закричал.

* * *

Он вскочил с дивана и бросился в коридор. Спал в одежде. Теперь вся она была мокрой от пропитавшего ее пота.
Защелка стояла правильно. Но что-то все равно смущало Игоря. Внезапно он осознал что — записки не было.
Игорь судорожно сглотнул.
— Этого не может быть, – прошептал он.
В этот момент, дверь, ведущая в комнату родителей начала медленно отворяться.
Будто в дешевых фильмах ужасов.
И тогда Игорь закричал.
Это очень походило на его кошмар. Из распахнувшегося пространства пахнуло зловонием, страхом и смертью. Игорь выскочил на лестничную клетку и кинулся к соседским звонкам. Никто не открывал.
И тогда он побежал. Без денег, босиком, в одной домашней одежде, толком не зная, кто его преследует – только бы оказаться подальше от пришедшего за ним ужаса.
Он пришел в себя у какого-то дома. Совершенно обычного блочного семнадцатиэтажного здания с вертикальными зелеными полосами.
Что-то шевельнулось в глубинах памяти. Нечто из глубокого детства.
Ошибки быть не могло. Здесь жил Санька. Друг с горшка, как выразился какой-то знакомый острослов.
Они давно не общались. Такое иногда случается. Один из самых близких тебе людей, почти брат, становится внезапно совсем чужим. И возникает пропасть, со временем только разрастающаяся.
— Это судьба, – подумал Игорь и зашел внутрь. В чем-то он был прав.

* * *

Лифт не работал, и он пошел по лестнице. Заплеванной, загаженной, с пролетами, усыпанными разбитыми бутылками и использованными шприцами, со стенами, исписанными граффити.
— А, мать их… Мочить таких козлов на хрен – пробурчал Игорь, перепрыгивая очередную дурнопахнущую лепешку. До квартиры Сани оставалось еще два этажа.
Выскакивая на следующую площадку, Игорь ничего не почувствовал. Звонок опасности не прозвенел. Интуиция не предупредила.
Тем сильнее был шок.
У стены стоял Саша. Кто-то обхватывал его за шею одной рукой, другой, держа нож у его пухлой физиономии.
Абсолютную тишину прорезал дикий крик. Лезвие впилось в щеку и начало неспешное движение к глазу. Красная полоса отмечала его путь.
Второй крик потонул, едва начавшись, сменившись булькающим звуком. Сталь оторвалась от лица и с наслаждением впилась в горло. Фонтаном ударила кровь. Она выплескивалась словно из сорванной трубы. Игорь оцепенел и заторможено смотрел, как алые капли падают на пол.
Лица убийцы он не разглядел. Какая-то дымка плотно прикрывала его.
Человек с ножом перешагнул через судорожно дергающееся тело и сделал шаг по направлению к Игорю. Большая красная капля сбежала по лезвию и чмокнулась об пол. Только теперь Игорь вышел из ступора и рванулся прочь.
Его никто не преследовал.

* * *

Город как будто вымер. Не было ни пешеходов, ни милиции, ни машин.
Ноги ныли. Во рту чувствовался солоноватый привкус. Казалось еще секунда, и он выхаркает свои легкие. Но Игорь не останавливался. Он был уверен, что если перестанет двигаться – умрет гораздо более страшно, чем Саня.
Он давно не видел куда бежит. В глазах плясали черные мошки, а голова разрывалась от боли.
Игорь остановился и долго стоял, прислонившись к какому-то забору и пытаясь отдышаться. Получалось с трудом. Черные точки продолжали мельтешить перед глазами, ноги подкашивались, а странный привкус никуда не исчезал.
— Сейчас сдохну, – подумал Игорь, сплевывая на мостовую.
— Ну как? Напрыгался? – донеслось сзади.
Игорь резко развернулся. Усталость сняло, как после холодного душа.
На него с усмешкой смотрели добрые старческие глаза.
— Кто вы? Что это значит? – вырвалось у Игоря.
— Кто я – уже не столь важно. Гораздо интереснее – кто ты… Впрочем, и это скоро узнаем. Что с тобой происходит? Я могу ответить на этот вопрос. Но стоит ли? Не пожалеешь потом?
— Я слушаю – Игорь попытался сохранить остатки хладнокровия, это удавалось с большим трудом.
— Ты измучен, напуган и не понимаешь, что вокруг творится. Привык, плюс-минус, черное — белое. Математик… А где ты сейчас-то, а, сударь?
— Я в Москве. Стою на улице и треплюсь с вами! – Игорь начал терять терпение.
— Почти так, маленькую детальку упустил… Ты во сне, парень.
— До свиданья — Игорь отвернулся и собрался идти прочь. Только сумасшедших ему сейчас и не хватало.
— Обернись!
Игорь развернулся, готовый в любое мгновение атаковать. Но то, что он увидел, заставило забыть о сжатых кулаках.
Старик растворялся. Сначала исчезли ноги, затем тело и, наконец, лишь голова осталась висеть в воздухе. Эдакий чеширский кот из «Алисы».
— Ну, как зрелище, понравилось? Это не трюк, не внушение. Только в грезах доступно.
— Допустим — сказал Игорь и сильно ущипнул себя за подбородок.
— Ну, ну, еще ударь. Это довольно глупо – щипать себя во сне, надеясь проснуться в яви. Готов слушать?
— Да.
— Сподобился наконец, доходить стало, – сказал старец, мгновенно обретая тело –Первый кошмар, схожий с реальностью, настиг тебя, уснувшего на закате. С трудом вырвался ты из паутины наваждения, но пренебрег опасностью и продолжил жить по привычке. Так?
— Да. Почему я не могу проснуться сейчас?
— ОН не отпускает. Ты должен был стать жертвой, как и другие, но иногда, редко, очень редко попадаются наделенные силой… Да-а…Сила… Есть она в тебе, парень. Все время рвешь связывающие вас нити.
— О чем вы говорите? Кто он? Как мне проснуться?
— Не сразу, мой мальчик. Не все сразу…
— Черт возьми, отвечайте! – Игорь попытался шагнуть к старику, но внезапно ноги стали ватными и будто приросли к земле.
— Не стоит грубить, молодой человек. А то я могу и разочароваться в Вас! – прищурил глаза старец.
— Простите.
— Так то лучше. Люди по-разному называют его. Princeps Potestatis Aeris. Ловец. Тот, кто приходит на закате. Какая разница? На закате нельзя спать… Это древнее правило. Нарушившего табу ждет кара. Запомни кое-что, мой мальчик. Ловец будет вбирать силы, пока ты не умрешь от истощения. Это будет не скоро, но неминуемо. Зачем сразу убивать кур, несущих золотые яйца?
— Что мне делать? – тихо спросил Игорь. Ему не оставалось ничего, кроме как полностью довериться старцу.
— Ты сильный. Борешься. Вырываешься. Ему трудно удерживать тебя во сне. Но долго никому не выстоять. Или сдашься, или свихнешься. Разум развалится от бесконечной череды кошмаров, и сон навсегда сольется с явью.
— Я и сейчас не понимаю где ложь, а где истина.
— Это пока спишь. Когда проснешься – все станет ясным.
— Что я должен делать?
— Нужно увидеть Врага. Я не могу помочь. Борись. Помни, если происходят странные вещи – Ловец близко. И еще. Если не успеешь выбраться до заката – погибнешь…
Голос старца звучал все тише и тише. Мир начал туманиться и двоиться. Игорь уже различал звуки совсем другой реальности.
— Эй, парень, конечная, – грубый мужской голос окончательно порвал тонкие эфирные нити и заставил Игоря открыть глаза.
— Спасибо – с трудом промычал он, поднимаясь и выходя из вагона.
В метро было почти пусто Гуляющий по платформе холодный ветер, порождение многочисленных сквозняков, заставлял сильно ежится редких пассажиров. Вечер клонился к концу. Уборщицы уже начинали мыть полы с помощью своих чудо-агрегатов.
Внезапно ветер усилился. Порыв воздуха ударил в лицо и толкнул к краю.
Воздушный кулак атаковал снова. Игорь отступил еще на два шага. Какой-то пьянчужка с удивлением посмотрел на него и пожал плечами.
Ветер победно взревел и бросил Игоря на гранитный пол. А потом потащил к краю. Руки беспомощно заскользили по мокрым плитам.
— Нет! – успел вскрикнуть Игорь, прежде чем рухнуть на рельсы. В голове что-то взорвалось. Мир на секунду померк.

* * *

Он с трудом поднялся, утирая со лба кровь. Из тоннеля донесся звук приближающегося состава, а желтоватый свет осветил стены. Игорь рванулся к краю платформы и начал подтягиваться, пытаясь выбраться.
Раздался гудок поезда. Ветер безмолвствовал.
Удар ботинка сбросил его обратно. Нападавшего Игорь не разглядел. Синие вагоны были уже совсем рядом.
— Помни что это сон, – пронзила мозг спасительная мысль. За ней последовала другая: “Найди своего врага”.
Мир перед глазами начал расплываться. И рельсы, и стены, и люди стремительно превращались в полупрозрачные миражи. Оглушительно гудящий поезд проехал сквозь него, но Игорь ничего не почувствовал.
Он поднял голову. Там, на самом верху, в десятке метров от пола черная тень, точно муха, висела, приклеившись под расписными сводами, и ее щупальца тянулись прямо к нему.
— Ты! – завопил Игорь, вкладывая в этот крик весь ужас, ненависть и пережитый страх.
Он проснулся.
Но крик еще долго стоял в ушах.

* * *

Игорь чувствовал, как что-то течет из носа и каплями скатывается по подбородку. Он утер лицо. Рука стала красной от крови.
— Черт, – выругался Игорь, вскакивая с постели. На подушке и одеяле виднелись бурые пятна.
— И это называется сон – пробормотал он.
Глаза слипались. Ноги не желали двигаться.
— Нельзя спать, нельзя! – одернул себя Игорь. Интуиция подсказывала, что если провалиться в забытье, оттуда можно больше и не выплыть.
Он посмотрел на часы. Стрелки показывали без четверти десять.
— Никогда не спи на закате, когда заходит солнце, Ловец всесилен – вспомнил он слова старика.
Голова была налита свинцом. Безудержно хотелось зевать. Игорь понял, что больше так не выдержит.
— Нужен кофе – пробормотал он. Казалось, на руки навешены пудовые гири, с таким трудом они поднимались и работали.
Игорь жадными глотками выпил весь кофейник. Черная жидкость немного помогла.
— Только не усни, – пришло откуда-то – Сейчас нельзя. Потом можно будет все.
Игорь заворожено смотрел в окно. Солнце медленно закатывалось за горизонт. Часы заторможено отсчитывали секунды. Опять накатила усталость. Защипало глаза, а веки налились непомерным весом. Казалось, какая-то огромная сила тянет их вниз. Нужно было как-то отвлечься, с кем-то поговорить. Но родители уехали на дачу, а телефон не работал третий день из-за аварии на линии.
Он включил музыку. Веселые мотивы отбросили сонливость, но через несколько минут она вернула ранее утраченные позиции и продолжила наступление.
— Не могу больше – прошептал Игорь. Веки его сомкнулись. Последнее, что он видел – темное небо и желтоватый диск луны.
А потом накатило беспамятство.

* * *

Что-то большое и меховое шмякнулось о лицо и, царапнув когтями кожу, побежало по телу вниз. Игорь вскочил, с отвращением утираясь. Огромная крыса, размером с кошку грохнулась на пол и, как ни в чем не бывало, потрусила по своим делам.
Он посмотрел наверх. В потолке зияла дыра, из которой высовывались острые морды с черными глазками… Одна из тварей сорвалась вниз и упала на ковер. За ней последовало еще несколько. Скоро уже целый выводок громко пища внимательно изучал квартиру.
Игоря передернуло от омерзения.
— Кошмары – всего лишь порождение мозга, – зазвучал в голове голос старика, – они – реакция на вторжение Ловца. Он попытается не выпустить тебя из снов и превратить ужасы в реальность. Но если ты захочешь, то всегда победишь. Это твое пространство!
Игорь сосредоточился. Ничего не произошло. Особенно наглый грызун подобрался совсем близко и куснул тапочек. Игоря пробил озноб. Все больше и больше крыс сваливалось в провал и серой вопящей массой распространялось по комнате. Одна из них подскочила и вцепилась ему в руку.
Тело обожгло резкой болью. Игорь с яростью отшвырнул мерзкое создание, но почувствовавшие запах пищи и крови твари, поблескивая глазами-бусинками, нагло приближались.
Игорь бросился вон. В коридоре творилось то же самое. Серая всепожирающая волна выплескивалась из многочисленных щелей и дырок. Еще одна крыса бросилась на него. По ноге потекла теплая струйка. Ему удалось отбросить серое тельце. Оно ударилось о стену и осталось лежать неподвижно. На труп сразу же набросилось несколько сородичей и начало ожесточенно его рвать. Крысы были голодны. Сильно голодны. Кое-где более сильные уже начинали загрызать молодняк.
Игорь рванулся на кухню. Там лежали ножи и сковородки, и можно было разжечь огонь, чтобы отпугивать голодных грызунов. Сильная боль снимала все вопросы о реальности происходящего. Игорь не мог заставить себя поверить, что это сон.
Он ворвался на кухню. Сюда падальщики еще не добрались.
— Мама, что ты тут сидишь? – закричал Игорь – Помоги мне! Иначе нас сожрут живьем!
Мать не ответила и даже не шевельнулась. Она все так же сидела спиной к нему, а голова ее была покрыта пестрым платком.
Как-то нехорошо засосало под ложечкой.
— Мама?! — произнес Игорь и повернул ее к себе.
Громадная жирная крыса сидела на обглоданном лице. Мать была мертва.
Он отшатнулся к стене.
— Неет! – вырвался жалкий всхлип. – Нет – повторил он уже тише. Слезы безостановочно бежали по щекам. Рыдания душили сильнее удавки.
-Я уничтожу тебя ублюдок! – зарычал Игорь. Он больше не верил в происходящее. Или скорее не хотел верить.
На лбу вздулись вены, на щеках выступили желваки, от напряжения его затрясло. Вся его сила, вся воля сосредоточились на жгучем желании разрушить этот кошмар. Мир стал туманиться и двоиться. Потом изображение треснуло ровно посередине и развалилось на мелкие кусочки.
Все исчезло. Игорь висел в воздухе, а метрах в десяти от него держалась Тень.
Он поглядел на себя. Там где кусали крысы, в тело вцепились черные щупальца.
— Ах ты тварь – пробормотал Игорь, отрывая их. Он с трудом поборол тошноту.
А другие щупальца уже стремились к нему. Их было много. Очень много. И они напоминали змей.
Игорь отбросил еще несколько. Но на их место тут же устремлялись другие.
— В эту игру могут играть двое – прошептал он, и его руки и пальцы начали стремительно удлиняться, превращаясь в розовые отростки.
Секунда, и черные и розовые щупальца сплелись в огромный змеевидный клубок. Но розовых было больше. Одно или два обманули своих противников и вцепились в саму Тень.
И тогда Игорь узнал, что такое настоящая боль.

* * *

Когда он проснулся боль все еще жила в каждой клетке его тела.
— Твою мать – прошептал Игорь. В следующую секунду его вырвало. Кровь в вперемешку с желчью полилась на диван.
— Господи… — выдавил он, когда все кончилось.
И отключился. Кошмаров ему не снилось.

— Ты должен добить его, – сказал старик. С тех пор, как Игорь видел его последний раз, он очень сдал. Сильный и молодой голос теперь походил на скрипение несмазанных петель. Жуткие морщины обезобразили лицо. Он весь как-то пожух и сморщился.
— Неважно выглядишь – сказал Игорь.
— Образы лишь отражение нашего состояния. Нельзя быть лучше, чем есть на самом деле. Впрочем, не важно. Я повторяю. Ты должен добить его.
— Как я могу сделать это? Он сам меня чуть не убил.
— Ты его тоже сильно потрепал. Сейчас, пока Ловец не восстановился, есть шанс. Иначе он уничтожит тебя.
— Что я должен делать?
— Найди дверь! Там поймешь.
В следующую секунду все исчезло.

* * *

Игорь лежал на диване. Сколько раз за последнее время так начинались его кошмары? Но сейчас он точно знал, что это сон. А еще, мозг помнил, зачем он здесь.
— Искать дверь? Что значит, искать дверь? – пробормотал Игорь.
Он сосредоточился. Стена, на которую падал взгляд, начала медленно расплываться. Сначала исчезли обои, потом штукатурка, а затем и сам бетон. За ним ничего не было. Только тьма.
Ударивший оттуда холод заставил отпрянуть назад.
— Черт! Придется повозиться.
Через полчаса он выдохся. А результатов не было. За стенами встречала лишь безразличная ко всему темнота.
— Последняя попытка, – решил он.
Его напряженный взгляд упал на дверь. Она долго сопротивлялась, но затем поддалась и исчезла без следа. А на ее месте стала проступать другая. Массивная, дубовая, с бронзовым кольцом вместо ручки.
— Нашел! – сказал Игорь и потянулся к ней. Дверь начала медленно отворяться. В лицо ударили потоки золотистого света.

* * *

Большая прозрачная сфера окружала тело. Игорь огляделся. Его пузырь неподвижно висел в пространстве, а вокруг парило множество таких же шаров. Их обитатели спали.
— Уснувшие на закате – он видит только их и правит только ими – пронеслось в мозгу.
А потом он увидел Ловца. Черная матовая сфера, летящая невдалеке от него.
— Там поймешь, – вспомнил Игорь.
Он потянулся к этому шару. Как тогда, когда хотел, чтобы руки превратились в щупальца. В мгновение из пузыря выстрелил отросток и со скоростью пули устремился к шару Врага. Попал!
Жалобное пение скрипки заполнило окружающее пространство. Черная поверхность завибрировала. Там внутри была энергия. Много, много жизненной энергии. Она пьянила сильнее молодого вина, влекла настойчивее десятка красавиц. Нужно было только дотянуться.
По спине Игоря побежали мурашки. Он потянул ее в себя. Ощущение было будто пьешь густой сок с мякотью через соломку. Только эту соломинку можно было заставить расти…
Черный шар завибрировал сильнее и начал уменьшаться. Только теперь Ловец осознал грозящую опасность. Десятки темных щупалец начали оплетать созданный Игорем канал и сжимать его, а некоторые устремились к сфере, посмевшей атаковать их властителя. Отростки, выпущенные Игорем, перехватили их на полпути.
Но это было еще не все. Сотни крохотных черных псевдоподий ринулись к соседним пузырям и впились в них.
— Он сосет из них силы! Мать его! – выругался Игорь. Только теперь он понял, в какую неравную схватку ввязался.
Энергия из черного шара больше не перетекала. Слуги Ловца еще не уничтожили, но уже надежно перекрыли канал перекачки. Сокращение сферы врага прекратилось.
Того, что успел всосать Игорь, хватило ненадолго. Теперь он переплавлял в щупальца свою собственную жизненную силу. Уже его пузырь начал стремительно уменьшаться, а разворачивающийся бой требовал все больше и больше змеевидных бойцов.
— Что же делать? – его начала охватывать паника – Думай! Думай! В следующую секунду что-то щелкнуло в мозгу.
— Я все равно тебя кончу, мразь! – зарычал он и бросил несколько отростков к другим шарам. Игорь знал, что там обитают такие же жертвы, но ему было плевать. Он чувствовал энергию, и она была нужна ему.
Цель оправдывает средства.… Кажется так?
Щупальца присосались к шарам, и поток дармовой силы захлестнул его. Ловец пил понемногу из каждого, Игорь забирал все без остатка.
Пузыри скукожились и лопнули. Мозг отметил, что большинство лишившихся опоры унеслось вниз. В бездну. Лишь один воспарил вверх. Впрочем, особенно задумываться об этом, не было времени. Необходимо было пробивать новые каналы, мешать подпитываться Ловцу, бороться с его полуразумными слугами.
Игорь начинал выигрывать. Он бросал все новые и новые жизни на алтарь победы, и это помогало. Весы судьбы медленно, но неуклонно склонялись в его пользу.
Ловец мог бы увеличить подпитку, использовав уже захваченные шары без остатка, а затем бросив силы на дальнейшую экспансию. Тогда все решили бы наличные ресурсы и выигрыш темпа. Победа стала бы решенным делом… Но он не был готов убивать.
Сколько раз такое случалось в истории — более сильный проигрывает слабому, но решительному? Десятки? Сотни?
Бесконечность.
Время было упущено. Теперь Игорь и не позволил бы гибнущему властителю сделать это. Ищущие корм черные щупальца Ловца с легкостью перехватывались.
А где-то в своих постелях метались люди. Дети, старики, женщины, мужчины. Волны ужаса окатывали их и накрывали с головой. И они умирали. Крича и плача во сне.
Игорь накопил достаточно резервов и бросил всю массу своих слуг в бой. Оборона черных разлетелась как трухлявый пень под ударом топора. Тысячи стрел пронзили поверхность черной сферы.
Скрипка заиграла громче и сорвалась на визг. А затем шар лопнул.
— Спасибо… Я так устал от всего этого… — пришла чужая мысль. Старик! Его тело, быстро удаляясь, летело вниз.
В бесконечность.

* * *

Он лежал на заблеванной, залитой кровью и потом постели и безудержно хохотал.
Игоря била истерика.

* * *

«Необъяснимая череда смертей прокатилась по Москве. Множество людей самых разных возрастов и социальных групп в одну ночь умерло во сне. Врачи отвергают версию о новом смертельном вирусе. В МВД ситуацию комментировать отказались…»
Из сообщений информ. агентств.

* * *

— Господи! Игорек. Ужас-то какой. Господи, как же теперь жить! – бормотал в трубку плачущий женский голос. Игорь его почти не слышал.
Катенька,…любимая…маленькая моя… Как я посмел?!
Вспышкой пришло видение. Очередной взрывающийся шар и легкое девичье тело уносящееся вверх.
— С этим как-то придется жить, – тихо прошептал он.

* * *

Где-то за гранью этого мира полуразумное змеевидное щупальце устремилось на поиск пищи. Его хозяин сжигал энергию в бесполезных эмоциях.
Потерю было необходимо компенсировать.

Автор: Саламандер (14.07.05)

Внимание! Обновился наш рейтинг самых перспективных онлайн-игр!


Новые статьи категории Творчество в БК:

При копировании понравившихся статей, пожалуйста, не забывайте указывать ссылку на первоисточник со своего сайта, блога или группы. Спасибо. 

Добавить комментарий к статье “Когда заходит солнце”:

Добавить комментарий анонимно:

* - обязательные для заполнения поля.