Главная > Творчество в БК > От заката до рассвета: прощай, любимый город


От заката до рассвета: прощай, любимый город

08.11.2010  Тема: Творчество в БК

Художественный рассказ — Командир, Сашка подкрепление просит! Грит, долго не продержится!.. Командир!

Алексей мрачно смотрел вперёд. Там, в отдалении, среди деревьев и замерших в бездействии аттракционов, то и дело мелькали фигуры врагов. Несмотря на то, что солнце уже зашло, противника было довольно неплохо видно – глубокие тени ещё не успели лечь на землю, сгуститься в кустах, под кронами тополей и клёнов.

— Подкрепление… — наконец, процедил он, когда рядовой уже был готов обделаться от напряжения. – Так ему и скажи: вот отступим с позиции, и будет ему подкрепление. Все придём… и будет это, мать твою, скоро! – внезапно заорал командир, с размаху ударив кулаком по каске, лежащей рядом.

Немного успокоившись, Алексей проворчал:

— Так что Сашка твой и соскучиться не успеет. Но и эти гады своё получат!

— Сашка не мой, Сашка общий, командир! – улыбнулся рядовой.

Но командир юмор не оценил.

— Общие – это вон у них, там, — кивнул он в сторону врагов, постепенно приближавшихся к поджидающим их десантникам. – Всё общее, все общие. Да им просто по хрену всё, сукам! Вот и нечего делить! – опять не сдержал эмоций Алексей.

Помолчав, он слегка хлопнул бойца по плечу:

— В общем, иди, помоги лучше Сане. Здесь, сам видишь, тихо пока – готовятся, уродцы. А ему и в самом деле тяжко приходится. Да, и пусть заодно продумает, куда… куда уходить будем, если что… Ему там лучше видно, — глухо добавил он.

Оставшись в сравнительном одиночестве – соратники, затаившиеся рядом, не напоминали о себе ни звуком – Алексей ещё раз оценил обстановку, и, убедившись, что в ближайшие несколько минут атаки не будет, позволил себе немного расслабиться.

Ему вспомнились былые деньки. Чёрт, как же было хорошо!

За плечами – служба в войсках дяди Васи. Чечня, Южная Осетия и Абхазия. Боевое братство. Армия ушла в прошлое, а оно – осталось.

Перед увольнением, правда, было слегка не по себе – Алексей плохо представлял, чем займётся на гражданке. Но – обошлось. И работа по душе появилась, и коллега симпатичная на него стала засматриваться.

Хороша, оказывается, мирная жизнь!

Была.

Потому, что потом произошло то, чего никто не ждал. Не ждал, и, уж тем более, не думал хоть как-то готовиться к такому развитию событий. Зря, конечно же.

С тех пор, как эти нелюди – Алексей чаще всего называл их именно так – вырвались на свободу, планы на будущее пришлось похерить. Мирная жизнь? Какая, к чертям, мирная жизнь?!

Впрочем, и войной это назвать не получалось. Той, к которой Алексей привык в десантуре. Там, в прошлом, теперь всё казалось понятным и простым. Есть наши, есть супостаты, которых надо уничтожить. Рекогносцировка, план операции – понеслась, родимая! Давай-давай-давай, пошёл, прикрываю! Слева, Димон! Ага, есть! Снял!

А с этими гадами такая тактика не работала. Что толку проводить разведку, если обстановка постоянно меняется? Какие ещё планы, если враг не вписывается ни в какие каноны – вообще! Как, наконец, заставить себя стрелять на поражение, если нелюди ни разу не взяли в руки оружие, и вообще не лезли на рожон?!

На все эти вопросы у десантуры не было ответов. И потому она отступала – медленно, изредка всё же огрызаясь короткими рукопашными схватками. Когда уже не могла терпеть.

Враг оказался хитёр. Он знал, что в настоящем бою ему нечего противопоставить обученным, натренированным воинам, знающим, как побеждать хоть с оружием в руках, хоть без него. Сомнут и раздавят вмиг.

И поэтому нелюди били по психике. Расчётливо, грамотно, точно. То, что они устраивали на виду у десантников, вызывало оторопь даже у этих, прокалённых всеми огнями, людей. Старались все – и самцы, и самки. При этом последние, как правило, оказывались куда изобретательнее.

И иногда бойцы не выдерживали. Они врывались в толпу гадов, раскидывали их в разные стороны, словно мешки с мусором – но толку-то? Даже душу отвести не получалось – твари и не думали сопротивляться. Они покорно позволяли опрокидывать себя на землю. При этом улыбались, и даже хихикали – тонкими, неестественными голосами, буравящими мозг, превращающими душу в драное сито. И так смотрели на десантников, что те отступали сами. А если честно – почти что с позором покидали с поля боя.

Впрочем, каждый из бойцов знал: на самом деле причина того, что они сдают позиции – в другом. А все эти разговоры о том, что нельзя стрелять по безоружным и бить тех, кто не даёт сдачи – в первую очередь, отговорки. Но десантники цеплялись за эти сказки, рассказанные самим себе, с редкостным упорством. Просто потому, что не хотели и не могли смириться с настоящей причиной. Ведь тогда пришлось бы принять и своё полное бессилие, а заодно признать, что их предали – на корню, оптом. А так… так можно было притвориться, что проигрывают они только из-за своего рыцарства. По собственному желанию, так сказать.

И вот пришёл день, когда бежать стало уже некуда. Бойцов, которые ещё оставались в строю – и тех, кого они, несмотря ни на что, продолжали защищать, – окружили в Парке культуры имени Горького. В том самом, где каждый август десантура собиралась, чтобы на славу отметить день Войск Дяди Васи. В родном доме, можно сказать.

Позади себя Алексей слышал тихий многоголосый говор. Женщины и дети. Им тоже пришлось хлебнуть лиха, пока они не встретили десантников. Впрочем, намного ли легче стало сейчас? Да, теперь нелюди не могли добраться до них напрямую – но из вида-то они никуда не пропали.

Алексей вздохнул и вгляделся в сгущающиеся сумерки. Бог его знает, почему, но твари становились особенно активными после захода солнца. Может, потому, что полутьма частично скрывала их действия, заставляя и без того воспалённое воображение бойцов домысливать совсем уж невероятные детали.

«Сейчас начнётся, — тоскливо подумал он. – Повылезают, гниды! Эх, хоть бы кто-нибудь из них кулаком замахнулся…».

Но мечтам не суждено было сбыться. Твари отлично знали, что им делать можно, а чего не стоит ни в коем случае.

Где-то через десять минут Алексей услышал, как справа проблевался один из бойцов. Из новеньких – на днях прибился к отряду, ещё не привык.

Командир устало вздохнул. Нет смысла…

— Отходим, парни. Идём к Сашке. Сообща будем держаться. Я хочу пережить эту заворушку и увидеть достопримечательности Петербурга собственными глазами. Говорят, посмотреть есть на что и ради этого стоит поберечь свои жизни.

— А потом?

— Суп с котом! – озлившись, рявкнул Алексей. – Не придуривайся, Васёк!

Из сумерек долетел виноватый смешок.

Десантники, прикрывая женщин и детей, отходили ко второму отряду. Впереди всё яснее слышалась музыка. Когда-то Алексей безумно любил эту группу, и её альбомы не исчезали из его плеера. Сейчас звуки песни, под которую он раньше с удовольствием изображал что-то невнятное на домашних дискотеках, вызывали у него отвращение.

— А, командир! Хорошо, что пришли! Вовремя вы! Эти, — Сашка кивнул головой в сторону нелюдей, — совсем оборзели. Завели свою шарманку, и такое творят!.. Мать их так! Вместе нам хоть веселее будет.

Алексей усмехнулся. Веселее. Ну да. Танцуют все, блин.

— Собирай своих. Уходим. Ты разведал, куда лучше всего?

Сашка, бывалый боец, растерянно заморгал, но тут же, взяв себя в руки, угрюмо насупился. Кивнул.

— Через Нескучник идти надо. Этих гадов там вроде как поменьше будет. Сам знаешь, вечером они те ещё живчики – в других местах не прорвёмся. А если даже сами пройдём, так наших баб и карапузов точно потеряем.

— Принял тебя… Ну, давай, пошли, что ли – чего тянуть-то? В области уж точно найдём спокойное место. А заодно, может, ещё кого по пути подберём.

Люди вошли в Нескучный сад, поднялись к Ленинскому проспекту, и тремя большими группами – спереди и сзади десантура, в центре женщины и дети – отправились в область.

Напоследок Алексей обернулся. На проспект выходили нелюди. Непристойно кривляясь и извиваясь, они провожали проигравших.

— Мы ещё вернёмся, мать вашу! – прошептал командир. – Мы ещё вернёмся, поняли, гниды! – надсаживаясь, заорал он. И, более не оборачиваясь, зашагал вперёд, сжимая в руке бесполезный пистолет и слыша за спиной глумливый смех одолевших их тварей.

— Ну, вот и ладушки! – один из победителей, ещё раз взглянув на побеждённых, улыбнулся соратнику. – Скатертью дорожка!

— Да, удачненько вышло, что ни говори, — согласился тот. – Тактика отлично сработала.

— Спасибо властям, которые развязали нам руки, — ухмыльнулся первый. – Теперь закон на нашей стороне, во власти – свои люди. Если б не эти перемены, которые в две тысячи десятом начались, фиг бы что получилось. А так мы все в шоколаде!

— Ага, настало время для секса, наркотиков, и рок-н-ролла! – захихикал второй. – Весь город наш. Эти были последними – пыжились-пыжились, а сделать ничего не могли! Ещё бы – за насилие наши омоновцы мигом бы их скрутили. А головой эти вояки работать не умеют, не научили в армии, хе-хе-хе!.. Эх, жаль, лысый не дожил – сейчас бы его сюда! Я бы посмотрел на рожу этого старого пердуна, а потом… — он сделал выразительный жест руками. – Ему бы понравилось, я знаю!

Они засмеялись вместе. А потом, обнявшись, наклонились к музыкальному центру, стоявшему на небольшом столике.

— I want to break free! – запел Фредди Меркьюри, и на Ленинском проспекте началась праздничная оргия гомосексуалистов и лесбиянок.

Внимание! Обновился наш рейтинг самых перспективных онлайн-игр!


Новые статьи категории Творчество в БК:

При копировании понравившихся статей, пожалуйста, не забывайте указывать ссылку на первоисточник со своего сайта, блога или группы. Спасибо. 

Добавить комментарий к статье “От заката до рассвета: прощай, любимый город”:

Добавить комментарий анонимно:

* - обязательные для заполнения поля.