Главная > Творчество в БК > Время Сумерек. Часть 2


Время Сумерек. Часть 2

22.06.2010  Тема: Творчество в БК

Свиток второй

(Земли Падших)

«Их будет Тринадцать. В душе каждого из Отвергнутых поселится Зов, через века он проснётся, собирая вместе потомков первых жертв, преданных огню Инквизиции. Зло само создаст оружие, которое сможет отразить его удар в тот момент, когда Хаос будет готов поглотить всё, что было создано Богами.»
«Предсказания Невидимки»

«Отвергнутые — безбожники, посмевшие усомниться в праведности Ордена, смерть — единственное спасение для них. Очищающий Огонь, дарует таковым возможность предстать перед ликом Мироздателя.»
«Устав Ордена»

На небе догорал закат, усталый конь медленно переставлял копыта по змеиной шкуре дороги. Воин, склонив голову, казалось, был погружен в дремоту, не замечая, что происходит вокруг. Этот заброшенный тракт, когда-то был оживлённым торговым путём, теперь лес наступал, забирая то, что отняли у него люди. Деревья вытягивали свои корни, трава истачивала камни, ещё пару десятков лет и никто не догадается, что здесь была дорога. Люди забредали сюда только в случае крайней необходимости, эти леса уже обрели свои страшные и жуткие легенды.

— Приветствую, Трин, — в десятке шагов на обочине возникла фигура.

— И тебе «негасимого огня», не думал, что ты ещё бродишь по земле, старый маг. Весть о твоей гибели, как я вижу, была ложной, рад тебя видеть в здравии, Ример.
Трин направил коня вслед исчезнувшей в лесной чаще серой накидке мага. На поляне, скрытой за широкими стволами, горел небольшой костёр.
— Так где ты пропадал эти пять лет? Последнее, что мне удалось узнать — тебя забрали Инквизиторы. С этого момента всё указывало на твою смерть — кошачьи глаза Трина цепко следили за малейшими изменениями на лице собеседника.

Они были детьми ничем не примечательных горожан одного из провинциальных городков империи. Детство их проходило на улицах, играя с деревянными мечами, мальчишки мечтали о будущей славе рыцарей Ордена, с наивным восторгом наблюдая, как патрули в белоснежных плащах обходят ряды торговцев. Вместе они обучались в школе мечей, Трин был силён, Ример — ловок, вдвоём они были лучшей парой у Мастеров мечей. В день, когда они достигли совершеннолетия, Трин и Ример прошли обряд побратимства, став братьями по Закону Богов и людей. На следующий день, попрощавшись с родным домом, они уехали в Столицу. Мечта Трина сбылась, он поступил в послушники Ордена и потом, с отличием закончив проверочный срок, получил свой Белый плащ, а вот судьба его брата сложилась иначе. Ример был призван Мудрыми, его дух носил яркий отпечаток Огня.

Долгие пятнадцать лет он проходил обучение в Академии Магов, изучая свою Стихию, одну из самых воинственных и опасных из всех отделений Академии. Эти годы они виделись редко, Трин часто путешествовал по империи, исполняя свой долг защитника Закона, а Ример практически не покидал стен Академии, денно и нощно изучая законы Мудрых, позволяющие управлять Стихиями.

Только сейчас Ример заметил, что плащ на плечах Трина был Серый.

— Это действительно я, брат. Не надо примеряться, с какой стороны лучше разрубить моё бренное тело, оно тебе ещё пригодится, — слабая улыбка скользнула по лицу мага, в ответ на едва заметные изменения в позе Трина. — Я не знаю, что со мной было, и где я был эти годы, помню одно — я действительно умер, а потом очнулся в этом лесу, у заброшенного домика лесника. Уже месяц я жду тебя, я просто знал, что ты будешь здесь.

Одной рукой, поворачивая над костром насажанный на палку кусок мяса, второй — Трин кинул ему сумку:

— Там есть то, что ты можешь употреблять в пищу, мясо ведь ты так и не ешь? — увидев ответный кивок, воин отвернулся к костру — Месяц назад, я проснулся в одном из кабаков Вольного города, с мыслью, что мне нужно срочно куда-то идти. Через час я уже двигался в сторону земель FallenAngels. И ещё одно… — Трин, запнулся, не зная как объяснить то, что появилось у него на правом плече, — это — на его коже проступали следы, багрового знака, рисунок ещё не был чётким.
— Он не давал мне свернуть ни на миг, если я пытался отойти от дороги, ведущей сюда, изнутри меня начинала раздирать мучительная боль. Я смог выдержать только сутки, а за моими плечами ведь долгие годы службы Ордену. Я думал, что умею управлять любой болью.

Молча Ример завернул рукав своей рубашки, знак на его плече был копией отметины Трина. На поляну опустилась тишина. Закончив ужин, они легли спать, ограждающие заклятья дали возможность отдохнут им обоим.

Утренний травяной чай, заваренный Римером, согрел и освежил их.

— Нас окружает много тайн, брат, и ответы на них придется искать долго — замолчав, маг закрыл глаза, и, казалось, перестал дышать, так прошло несколько минут, Трин не прерывал его раздумий.

— Собирайся, по дороге расскажешь мне, что произошло с тобой и с миром за эти пять лет, и куда делся твой Белый плащ. Мы едем в замок FallenAngels.
И как в детстве, Трин послушно последовал указаниям более мудрого и опытного друга, благодаря чьей ловкости и смекалке они не раз избегали порки за очередную шалость.

Замок Падших был выстроен в те времена, когда Орден не отказывался от воинов, решивших покинуть его. Светлые помогли воздвигнуть здесь прибежище для тех, кто уходил на покой, снимая Белые плащи. Прозвище «падшие» появилось уже гораздо позже, никто не помнит, как и откуда оно взялось, но избавится от него уже не удалось. Некогда богатые и оживлённые земли, теперь пришли в запустение, люди боялись вызвать неудовольствие Светлых и обходили их стороной, жители близлежащих селений переселились в более благопристойные края. Замок стал легендой, и многие были уверенны, что он уже давно превратился в руины, населённые душами нечестивцев. Именно туда и направились братья.

Зверь выпрыгнул на поляну, оставленную путниками, подняв морду, напоминающую собачью, он принюхался и, поймав только ему видимый след, скрылся в кустах.
Двигаясь по тракту, Трин рассказывал свою историю:

— Я тогда был на границе, ньюки опять стали прорываться сквозь заслоны, и многих отправили патрулировать на заставы. Вернувшись с очередного обхода, я получил вызов в Столицу, меня призывала Инквизиция. Сначала я ничего не понял, и только по дороге меня начали мучить сомнения, моё последнее дело, связанное с запретной магией, было закрыто много лет назад. Я стал останавливаться в тавернах и прислушиваться к разговорам, тогда и услышал историю о Маге, под видом лекаря спасавшего деревни от чумы, а на самом деле кравшего взамен чистые людские души. Из этого бреда мне удалось постепенно выудить истинную историю, я понял — тебя поймала Инквизиция, когда ты без разрешения Ордена, лечил в тех несчастных деревнях, на Юге? Скажи, ты действительно, смог открыть «шесть правил»? Даже я, служа Свету многие годы, не был удостоен чести, получить умение «светлого лекаря».

— Я нашёл другой способ, — маг смотрел прямо перед собой, вспоминая историю своей смерти, — мне кажется, он был связан с магией Стихий, не помню, продолжай, моя очередь будет потом.

— Сложив факты, я уже знал, зачем меня требует Орден, я должен был произнести формулу отречения и забыть о том, что у меня был брат, или пойти вслед за тобой. Прости, Ример, но я не был готов к костру. Остановившись в одной из деревень, и убедившись, что у них нет лекаря, я прикинулся смертельно больным. Моим последним желанием была просьба отправить гонца до ближайшей заставы Ордена с вестью о моей гибели. Оставив могильщикам свою иллюзию, и убедившись, что они её похоронили,
я стал наёмником по прозвищу Молчун. А для трупов мы с тобой очень неплохо выглядим, Рим, — только улыбка Трина, вопреки весёлому тону, не была радостной.

— Ты был прав, я в то время жил на Юге, когда туда пришла чума. Лекарей Ордена не хватало, края были отдалённые. Селенья раскинулись далеко друг от друга, и пока до них успевали добраться Рыцари, они уже были мертвы. За неделю зараза уничтожила половину южан и уже почти подобралась к Солнцеграду, тогда я и решил опробовать одно из моих заклятий, позволяющее изменять людскую плоть, выгоняя из неё недуг. Сначала мне было страшно, я знал, какая кара может постигнуть того, кто покусился на одну из основ учения Света. Только Светлым лекарям разрешено вмешательство в жизнь и смерть человеческую. Спустившись в ближайшую деревню пополнить свои запасы, я обнаружил что чума побывала и здесь, последней каплей был труп маленького Ниля. Мальчик был с большими способностями к стихии Воды, я обучал его азам, надеясь потом отправить в Академию. С этого момента я уже ни о чём не думал, просто проходил по деревням, спасая тех, кого успевал застать живым. Чума была остановлена, а меня поймали сами южане, сдав инквизиции, — его рассказ прервал рык Трина.

— Свиньи!

— Не торопись осуждать их, брат, если бы они этого не сделали, всё было бы напрасно, выживших бы просто сожгли, объявив слугами Тьмы, продавшими свои души ради спасения бренной плоти. Я успел разрушить свою память, и тот способ, которым я лечил зачумленных не достался светлым, но к сожалению, и мной он теперь потерян, возможно, я смогу открыть его заново, но случится это не скоро. А потом, потом я просто помню, что умер. Очнулся, как я уже рассказывал, в этом лесу.
Рядом со мной были запасы еды и одежда.

— Мне кажется, за нами следят, — одними губами, проговорил воин, — но я не могу понять кто это, или что. Оно идёт по нашему следу уже несколько часов.
Маг прикрыл глаза, со стороны он выглядел просто погрузившимся в сон, и только многолетняя выучка наездника не даёт ему упасть с коня.

— Ты прав, за нами слежка, это не человек и не зверь, и, возможно, я знаю нашего таинственного провожатого. Можно не волноваться, зла от него я не чувствую. Нам пора позаботиться о ночлеге, в дне пути от замка была раньше деревушка. Людей мы там не найдём, но крыша над головой будет.

Направив коня по видимой только его глазам тропинке, Ример стал сосредоточенно оглядывать лес, ища знаки, указывающие на то, что когда-то здесь жили люди.

Оставленная людьми деревня, доживала свои последние зимы, целых домов практически не осталось, с трудом отыскав более менее приличную крышу над головой, воин и маг, стали устраиваться на ночлег. Трин с беспокойством оглядывал лес, иногда ему мерещились странные глаза, поблёскивающие среди еловых веток. Растопив чудом уцелевший очаг, он занялся ужином, его спутник разбирал травы, собранные сегодня по дороге. Это были единственные запасы Римера, и он бережно сортировал их, по только ему ведомым признакам.

— Трин, сохранился ли у тебя мой подарок?

— Да, держи.

Взяв из рук война старый кинжал, Ример облегчённо вздохнул:

— Хвала Огню, я думал, что он не уцелел в твоих странствиях.

С удивлением Трин стал наблюдать за действиями друга, Ример аккуратно держа кинжал, за старую потрёпанную рукоять, внимательно его рассматривал, затем сделав едва заметное движение, вытряхнул что-то из тайника. В руке мага поблёскивало чёрным лаком маленькое зёрнышко.

— Что это? — Трин с интересом разглядывал то, что хранилось долгие годы за голенищем его сапога.

— Это семя древа породившего мой посох. Каждый маг, выпускаясь из академии, создавал себе посох-артефакт. Только одно из сотен деревьев в роще Силы подходит магу, стихия внутри указывает на него. И получить посох другим способом невозможно, мой был сломан инквизиторами, создать новый можно только в академии. Покидая стены Мудрых, я сохранил зерно яблони, из плоти которой он был выращен. Без посоха я мало, чем смог бы помочь в наших странствиях, мудрых советов иногда не достаточно, а брать в руки меч мне претит. Сегодня ночью сторожу я, можешь ложиться спать.

Выйдя во двор, Ример, нашёл кусочек свободной и плодородной земли, освободив от растительности небольшое пространство, он закопал зерно в землю, теперь оставалось только ждать, когда в лунном свете распустятся золотые листья, отражающего его истинную суть.

Зверь наблюдал за человеком, в лунном свете чётко вырисовывался силуэт замершего мага, подождав пока из дома перестанут доноситься звуки, мягко переступая, он двинулся вперёд. До цели оставалось всего пара прыжков, когда маг поднял голову и посмотрел ему в глаза.

— Здравствуй, джак. Я буду тебе очень признателен, если ты примешь свой человеческий облик.

На краткий миг, вокруг звериного тела, напоминающего одновременно волка и собаку, но по размерам гораздо превосходящего обоих, сгустилась серая пелена, и перед Римером появился человек.

— Давно мы не виделись, мудрый, — улыбка на лице пришельца напоминала оскал, но была всё-таки больше человеческой, — я знал, что убить тебя будет не просто, если даже я не смог этого сделать, то на что надеялись светлые? — ещё одна хищная улыбка скользнула по его лицу.

Именно за привычку всегда улыбаться, несвойственную его роду джаков, он получил прозвище Добрый убийца, а убивать он умел. Не размениваясь на такие мелочи как, честная схватка, кодекс воина и прочую ерунду, мешающую прикончить врага самым быстрым и действенным способом, он стал легендой. Добрый долгое время управлял кланом наёмных убийц, что было причиной его исчезновения, никто не знал. Ходили слухи, что его держат в застенках Инквизиции, пытаясь склонить к сотрудничеству с Орденом. Все, кто знали его хорошо, понимали, живой Добрый никогда бы не дался им в руки, и потому больше верили в его смерть.

Они познакомились лет десять назад, Добр получил тогда заказ на устранение мага, разрушившего планы одного из богатых князьков. Этот заказ оказался единственным, от которого убийца в итоге отказался. Что между ними произошло, осталось тайной, но с тех пор Ример считался для клана своим, любой из рода видел в нём джака, за которого мог перегрызть глотку, как за родного брата.

Внешне, годы не оставили на Добре никаких следов, в отличие от меня, с грустью отметил маг.

— Садись, что тебя привело сюда?

— Зов, я знал, что кого-то должен здесь найти, и рад, что это оказался ты и твой брат, день назад я подумал, что настал конец света и мертвецы восстают из могилы, — улыбаясь, Добр устроился рядом с магом — значит вы живы оба, ну что ж, ещё один «мертвец» не повредит вашей компании, — внезапно став серьёзным он поднял рукав, — я слышал вчерашний разговор, моя метка так же не дала мне уйти с пути.

Вопреки людской молве, замок был жив. Если посмотреть на него с высоты птичьего полёта, то можно было бы увидеть чёткие очертания перевёрнутого креста, символа Ушедших. Среди легендарных рыцарей замка, были и бывшие Верховные и рядовые Светлые, лишь в последние годы в Замок мог попасть обычный человек, не носивший на себе отметины Белого плаща. Да и мало стало тех, кто рисковал покинуть Орден, «бывшим » Светлый становился обычно после смерти. Ряды Падших лишились притока свежих сил, замок был ещё жив, но неумолимо приближался к запустению.

По великолепным коридорам и залам, построенным с размахом и на века, бродило одинокое эхо. Казалось, единственными их жителями были духи, но в одном из помещений горел свет. Тяжелые двухстворчатые двери высотой в два человеческих роста вели в огромный зал, занимающий почти весь второй этаж правого крыла. Это было хранилище. Скудное освещение десятка ламп позволяло увидеть уходящие в темноту стеллажи, это была третья по величине библиотека Империи, она уступала только сокровищницам Ордена и Цитадели Тьмы. В глубине зала, за огромным круглым столом, хранилище использовалось и как зал Совета, сидела фигура в чёрном облачении. Его можно было принять за монашескую рясу, но перевязь, сдерживающая на плечах, два перекинутых крест на крест меча, ясно указывала — владелец этого скромного наряда был далеко не так безобиден, как его скромная одежда.

Седовласый старец с лицом, практически лишённым морщин, и глазами, чей цвет в полумраке казался чёрным, читал. Вокруг него высились стопки книг, рукописные, печатные, были даже сделанные из коры, вымоченной в специальном составе, с вырезанными на ней письменами, он что-то искал.

МиБ

Продолжение следует…

Внимание! Обновился наш рейтинг самых перспективных онлайн-игр!


Новые статьи категории Творчество в БК:

При копировании понравившихся статей, пожалуйста, не забывайте указывать ссылку на первоисточник со своего сайта, блога или группы. Спасибо. 

Добавить комментарий к статье “Время Сумерек. Часть 2”:

Добавить комментарий анонимно:

* - обязательные для заполнения поля.